• понедельник, 15 Апреля, 20:55
  • Baku Баку 21°C

Жизнь в балете Аян Эйвазовой

22 декабря 2023 | 22:01
Жизнь в балете Аян Эйвазовой

Продолжая проект газеты «Каспий», посвященный молодым талантам Азербайджана, представляем нашим читателям приму-балерину Азербайджанского государственного академического театра оперы и балета Аян Эйвазову.

 

 

 ДОСЬЕ: Аян Эйвазова (род. в 1994 г. в Баку) окончила Бакинское хореографическое училище (2012), Бакинский славянский университет (факультет «Международные отношения»), прошла стажировку в Московской государственной академии хореографии. Обладательница III премии международного конкурса балета (Германия), Молодежной Президентской премии (2017), премии «Хумай» (2021).  

 

 

По общепринятому мнению, балет – это жизненная стезя, требующая достаточно строгого подчинения. Как вы уживаетесь со столь непростой профессией?

– Опора на разумную дисциплину и организацию распорядка дня в нашей профессии важны, более того – необходимы, так как помогают выдержать значительные физические и психологические нагрузки, с которыми мы сталкиваемся практически повседневно. Думаю, не ошибусь, если предположу, что мой режим приблизительно таков, как у большинства действующих балетных артистов: утром уроки классического танца, затем репетиции спектакля, в котором занят. И если таких репетиций много, то работа растягивается до вечера, и домой ты просто доползаешь.

Вот что значит говорить с балериной! После слова «утром» ухо готово услышать «завтрак», а потом уже о работе…

– Завтрак – это само собой разумеющееся. А предвкушение репетиции, пусть порой болезненно сложной, – это образ жизни, состояние души. Балетным артистам необходимо всегда быть в профессиональной форме – и этим многое объясняется и достигается, в том числе комфортность пребывания на сцене.

– Относительно недавно вы с большим успехом исполнили сложнейшую партию Мехменэбану в балете «Легенда о любви» Арифа Меликова. Как вы относитесь к своей героине и с каким образом по сложности хореографического воплощения можно сопоставить Мехменэбану?

– Это действительно одна из самых сложных женских партий, существующих в классическом балете. Сравнивать всегда непросто, так как каждый сценический образ ставит перед исполнителями разные задачи. Так, в «Лебедином озере», как правило, одна балерина создает на сцене два полярно противоположных образа – Одетты и Одиллии. К тому же во втором и четвертом актах присутствуют достаточно сложные для исполнения сцены «белого балета», в которых солистка и женский кордебалет одеты в белые платья, что визуально производит совершенно потрясающий эффект. То же самое можно сказать о сцене «Царство теней» в «Баядерке» Минкуса, во втором акте «Жизели» Адана – все перечисленные произведения с полным правом относятся к наивысшей балетной классике, которая предъявляет к артистам довольно строгие требования.

«Легенда о любви», бесспорно, стоит в ряду лучших мировых классических балетов, но ее классика стимулирована скорее сложными эмоциональными и физическими задачами. Балет пронизан глубоким психологизмом, который проникает практически во все сцены спектакля. К примеру, Танец горбатых шутов должен развеселить Мехменэбану. Но ради спасения сестры утратившая свою красоту царица ассоциирует уродство шутов с собственной обезображенностью, испытывая при этом тяжелые душевные переживания.

И таких пересечений в балете немало: психологизм развития образов тесно связан с важной драматургической линией – столкновением мечты с реальностью

– В сценической реализации этой идеи участвуют все составляющие балетного спектакля: исполнители главных партий, кордебалет, оркестр, световые решения, сценография…

Балет – это очень больно?

– Наверное, да. Но со временем без этой боли чувствуешь какую-то неудовлетворенность – значит, недоработал и тем самым отодвинул момент достижения ожидаемого результата.

По этому поводу существует два противоположных мнения: сторонникам «позитивной» или, как еще ее называют, «правильной» боли противостоят те, кто считает само это понятие недозволительным, так как чувство физической боли – показатель прежде всего мышечной травмы.

– С первых шагов в балете нас учат быть терпимыми к болевым ощущениям, так как только через такие сложности можно добиться результата, стать лучше. Это и есть цель, путь к которой связан с преодолением массы препятствий. Когда же цель достигнута, чувствуешь не только радость, но и уверенность в своей силе, ощущаешь запас нереализованного творческого потенциала. И так шаг за шагом.

Что вам легче дается – техническое совершенство исполняемой партии или работа над образно-эмоциональным решением портрета вашей героини?

– Односложно затрудняюсь ответить. К примеру, в «Легенде» по образу было больше проблем, чем в преодолении технической стороны хореографии. Работу над балетом мы начали еще до пандемии, и тогда со мной работала балетмейстер Камилла Гусейнова, которая, хорошо зная мои возможности, правильно расставила акценты. Я бесконечно признательна балетмейстеру-репетитору Оксане Цветницкой, которая уделила много ценного для меня внимания партии Мехменэбану. Долгие годы, работая рядом с Юрием Григоровичем – балетмейстером-постановщиком «Легенды о любви», Оксана Олеговна, постигнув всю суть спектакля, делилась со мной ценными советами, приоткрывая завесу над хореографическими тайнами образа Мехменэбану: «Надо пропустить через себя все надежды и переживания героини – иначе не получится». Если не было бы такой профессиональной поддержки, то даже не знаю, каков был бы результат.

Откровенно говоря, я даже не мечтала об этой роли. Бесконечно благодарна и ныне возглавляющему театральную балетную труппу Руслану Михайловичу Пронину за оказанное доверие. Мне повезло танцевать с премьером Большого театра Москвы Денисом Родькиным, воссоздавшим на сцене образ Фархада.

Думаю, и уважаемому Денису Родькину тоже очень повезло выступить со столь профессиональной партнершей... В вашей Мехменэбану есть корневая связь с образом, что подчеркивает в героине особую правдивость, искренность не только на эмоциональном уровне, но и в визуально-хореографическом плане.

– Хореографическая партитура балета заслуживает особого внимания. Нам очень повезло, что было много репетиций, в процессе которых шел поиск и необходимых темпов. Надо отдать должное оркестру, которым руководил маэстро Ялчин Адигезалов. Подряд прошли два спектакля с разными исполнителями главных партий, а это вдвойне сложно, так как оркестру приходилось гибко реагировать на темповое соответствие с исполнителями. К тому же здесь очень сложный кордебалет (сцены погони, шествия, «Танец золота», «Танец турецких девушек»), придающий спектаклю мощнейшую зрелищность. Удалось, как мне кажется, консолидировать все составляющие спектакля, что, конечно, сказалось на его успехе.

Сколько лет вы на сцене?

– Впервые я вышла на театральную сцену 10 лет назад, еще будучи ученицей БХУ. Это были балеты «Семь красавиц» Гара Гараева, «Тысяча и одна ночь» Фикрета Амирова, «Дюймовочка» на музыку П.И.Чайковского. А первая сольная партия – Мирта в «Жизели», затем – «Пахита» Минкуса. А после Прекраснейшей в «Семи красавицах» мое имя вошло уже в репертуар театра.

Простите за некорректный вопрос: всегда ли удается выполнить задачи, поставленные перед спектаклем, и если нет, как реагируете?

– Анализирую, попереживаю, а потом стараюсь абстрагироваться и жить дальше. Мы можем бесконечно репетировать, но даже роботы выходят из строя. Во время исполнения может быть все – человеческий фактор не дремлет! Да и удача тоже имеет значение. Я всегда стараюсь отрепетировать так, чтобы тело было настроено ко всем сложностям. Со временем понимаешь: не надо бояться ошибок, потому что это тоже опыт, который позволит откорректировать то, что не получилось, и тем самым создаст новые возможности для творческого роста. Главное, чтобы был правильный психологический настрой и не было травм.

Уверена, вам часто задавали такой вопрос, и все же: знаменитые 32 фуэте в «Лебедином озере» вам удается докрутить до конца или по мере возможностей? И еще: во время исполнения этой хореографической фигуры вы считаете количество оборотов или вас ведет музыка?

– Под фуэте в «Лебедином» отведено 32 такта – здесь невозможно обмануть ни зрителя, ни себя. Считать нет смысла: танцуя, слушаю музыку – это лучший проводник, ведущий по страницам балета.

Есть ли у вас любимые партии и какие образы вам хотелось бы создать на сцене?

– Любимые – почти все исполненные, за редким исключением. Очень хотела станцевать в «Жизели» – станцевала, мечтала о «Лебедином озере» – мечта исполнилась. Люблю «Пахиту» – всего не перечислить. Хотелось бы станцевать Шехерезаду в одноименном балете на музыку из амировской «Тысячи и одной ночи». На гастролях в Ташкенте я выступила в партии главной героини, но в Баку еще не танцевала в этом спектакле. Нет в нашем репертуаре «Баядерки», но у меня есть мечта станцевать и в этом балете. Все остальное, что мне подходит, я уже станцевала.

– «Диктатура балета» – допустимо ли такое словосочетание?

– В каком-то смысле все мы, артисты балета, попадаем в зависимость от нашей специальности. Балет – это спектакли, репетиции, премьеры, костюмы, образование и многое другое, без чего в какой-то момент просто не представляешь свою жизнь.

Кого вы считаете надежным сценическим партнером?

– У меня, к счастью, не было случая усомниться в надежности моих коллег по сцене. Скорее это моим партнерам, ввиду моего высокого роста, сложно со мной танцевать, но ни Макар Ферштандт, ни Анар Микаилов, ни Самир Самедов, с которыми я танцевала в начале сценической карьеры, никогда не выказывали какого-либо недовольства. Позже я выступала в паре с Тимуром Одушевым, Сеймуром Гадиевым – замечательные артисты, с которыми на сцене всегда удобно и надежно.

Мы с вами беседуем в преддверии Нового, 2024 года. Это особый праздник, который вновь и вновь возвращает нас в детство. Какие чувства у вас вызывает приближение Нового года?

– С детством, со сказочным волшебством я пересекаюсь и в рабочие будни, танцуя в спектаклях для наших юных зрителей. В «Дюймовочке» исполняла Королеву эльфов, в «Великом сказителе» – Снежную королеву. Вы, наверное, удивлены, что я не называю в первую очередь «Щелкунчика»? Не подхожу по росту – в балете, тем более детском, свои стандарты.

Что же касается празднования Нового года, то для меня это действительно волшебный праздник, который люблю встречать дома, в окружении дорогих для меня людей. Всегда с нетерпением жду боя часов, возвещающего о вступлении Нового года в свои права. Конечно же, люблю подарки, сюрпризы и в целом всю новогоднюю суету, с которой связаны новые надежды на исполнение заветных желаний. В том числе и скорейшего завершения ремонтных работ в родном Азербайджанском государственном академическом театре оперы и балета, по сцене которого наша большая дружная балетная семья очень соскучилась.

 

Рая Аббасова
Автор

Рая Аббасова

Все новости
banner

Советуем почитать